Между двух Океанов.

К вечеру 9 мая 2008 года от Рождества Христова на побережье Панамы со стороны Атлантики в районе города Колон обрушились грозовые дожди. Всполохи молний со всех направлений освещали горизонт, салютуя Дню Победы России в далекой, но страшной войне.
Я сидел на кокпите и озабоченно размышлял о подготовке яхты в путь на противоположную сторону континента. Наша очередь ожидания прохода через Панамский канал подходила к концу. В начале мы должны были идти в середине июня. Но потом кто-то дернул невидимые нити и наша очередь сместилась на начало июня, затем на конец мая, и наконец на 11 число. Поговаривали что стих поток торговых судов. Сместилась наша очередь и очередь других яхт, что внесло некоторую нервозность и неразбериху.
По условиям прохода через Панамский канал на каждой яхте должен находиться капитан у руля, а также 4 человека для крепления канатов, двое на носу и двое на корме. Панамский канал предоставлял пилота, который руководил проходом судна через шлюзы и канал. Еще одно важное обстоятельство: яхта должна развивать скорость 8 узлов.
Я, как и другие яхтсмены, заявил что наша яхта разовьет такую скорость. Таким образом экономилось 1000 долларов, которые нужно было доплатить за медленный проход. Но в любом случае наша яхта должна идти минимум пять с половиной узлов чтобы успеть пройти через канал и шлюзы в один день. Иначе придется платить большой штраф.

Я смотрел на всполохи молний и думал что еще необходимо сделать. Надо было найти 3х человек, почистить дно от ракушек и сделать много необходимых приготовлений в очень короткий срок, потому что вечером 9 мая стало известно что проход через канал назначен на вечер воскресенья 11 мая. И на все осталось полтора дня.

Грозы бушевали всю ночь. На рассвете 10 мая небо было закрыто тяжелыми облаками. Анжелика занялась приготовлениями внутри каюты, а я отправился искать добровольцев. Яхтсмены помогают друг другу.
В этот день через канал уходило 15 яхт, доукомплектованных экипажами с других судов. Громадное число. Обычно канал пропускает не больше 3х яхт в сутки.
Остались одни старики, женщины и дети.
На некоторых яхтах слышался детский плач, молодые матери нянчили своих детей. На иных яхтах были пожилые женщины, оставшиеся охранять свой дом, когда их мужья помогают провести другие суда через канал. На отдельных яхтах находились старики, по тем или иным причинам не имеющие возможности принимать участие в этом деле.
С большим трудом удалось найти троих человек из разных стран, согласившихся нам помочь: отставного майора английской армии Дейвида, страдающего болезнью Паркинсона , красивую женщину Ашу из Польши, сурового капитана Джона из Южной Африки. С ним мы встречались ранее на реке Суринам, находящейся далеко от этих мест.

День пролетел в делах и заботах, а поздно вечером Анжелика и я наблюдали как катер развозит пилотов, яхты поднимают якоря и вереницей навигационных огней уходят в ночь к шлюзам Панамского канала.
Утро 11 мая выдалось солнечным и ясным. Почистив корпус и винт от ракушек, подняли якорь и провели ходовые испытания. Скорость достигала 5.5 узлов. Можно ввязываться в бой.
Зашли в яхт клуб и пришвартовались к яхте наших знакомых: пожилой паре из Швеции, Агнес и Барту. Агнес уходила добровольцем в этот день на другом судне, с которым была ранее договоренность, а Барт остваался ремонтировать свою яхту.
Заправились водой. Приближался вечер. Над Панамской землей повисла черная туча и было видно как извергается дождь на холмы и джунгли как раз в тех местах, куда нам предстояло идти. Подумалось: пусть лучше дождь пройдёт сей час, а не когда мы будем в пути.
Туча приблизилась к потру Колон и на час все погрузилось в дождевую пыль.
Пришли первые добровольцы: польская яхтсмена Аша и отставной майор Дейвид.
По 12 каналу радио нам сообщили что пилот прибудет к 18 часам, еще оставалось время.
Где-то в городе Колон прозвучал салют, не знаю в честь чего ,но во время. Мы отправлялись в путь.
Отдали концы и под мотором вышли на якорную стоянку и пришвартовались к яхте Джона. Джон выпил пива, попрощался со своей женой и шагнул к нам на палубу.
Стало темнеть. Появился катер с пилотами. Завели мотор и пошли к нему навстречу. С высокого борта катера пилот прыгнул на нашу яхту. Поздоровавшись со всеми, сказал что еще есть время. Мы обратно пришвартовались к яхте Джона.
Я видел как катер высадил пилотов на две другие яхты, идущие вместе с нами, и они ушли в канал к шлюзам. Наш пилот все еще медлил. С ним связались по радио. Пилот спохватился, заявил чтобы мы немедленно отравлялись в путь на полном ходу. Ругаясь про себя , дал почти полный газ. Мотор завибрировал и яхта понеслась во тьме. Показался канал, размеченный зелеными и красными огнями. Огни медленно смещались с обеих сторон. Пилот торопил, но ничего поделать было нельзя, время было упущено.
Появилось зарево огней шлюзов, а перед ним две яхты, сцепленные друг с другом. На большой скорости приблизились к ним, бросили концы и скрепились в единый плот. Сразу начали входить в шлюз.
Старый шлюз с мокрыми, потрескавшимися бетонными стенами, уходящими на много этажей вверх, напоминал гигантскую могилу. Откуда то сверху полетели два резиновых мячика с тонким длинным линем, мы схватили их и привязали к канатам. Канаты поползли вверх, где рабочие закрепили их за кнехты. Начали закрываться ворота шлюзов – громадные железные клепанные двери, установленные почти 100 лет назад, в 1913 году. Прозвенел звонок. Со дна шлюза ударили мощные потоки воды, идущей из озера по большим трубам. Все вокруг закипело как в громадном котле. Плот, состоящий из трех яхт, мотнуло в одну сторону, затем в другую. Вода в шлюзе начала стремительно подниматься. Вдруг раздался щелчек. Канат нашей яхты, идущий наверх шлюза, выскочил из крепления и натянулся как струна. Раздался еще один щелчек на носу. Произошло то же самое. Я бросился к канату и начал наматывать его на лебедку. Давлением воды он натянулся и вырвался из рук, сорвав кожу. Наш плот из сцепленных яхт стремительно потащило к противоположной стороне шлюза и он замер в полуметре от бетонной стены. Пилоты что-то запросили по радио. Подача воды в шлюз была приостановлена. Три яхты отрабатывая моторами, вышли на середину . Равномерно натянули концы и закрепили их снова. Вода в шлюзе стала стремительно прибывать.
И тут я с ужасом увидел что стрелка давления масла в коробке передач начала падать и задергалась как паралитик. Это могло означать что в коробке передач упало давление, а значит пропало сцепление с валом винта. И мы не можем идти под мотором. И это все глубокой ночью в центре бурлящего шлюза Панамского канала!
Поток воды в шлюзе достиг максимальной отметки. Большое торговое судно, стоящее впереди нас, пришло в движение и начало входить в следующий шлюз. Точнее его потащили 4 тепловоза по 2 с каждой стороны.
Черная, на несколько десятком метров, возвышающаяся над нами, корма с надписью «Порт приписки Лондон» начала удаляться. Мы тоже пришли в движение. Вытащили из воды сброшенные концы и пошли вперед.
Правым бортом наша яхта была привязана к большой яхте с Новозеландским флагом, с другой стороны которой закреплена еще одна небольшая шведская яхта. Новозеландская яхта стоящая посередине, дала ход и потащила нас в следующий шлюз, как большой плавучий понтон.
Пользуясь возможностью бросился к мотору, включил фонарь и открыл заглушку . В коробке передач клокотало масло и проверить его уровень не было никакой возможности. Вставил воронку. Залил масло и выскочил на кокпит, посмотреть на прибор. Стрелка дергалась вверх и вниз. Ничего не изменилось. Долил еще масла. Тот же результат.
Вошли в следующий шлюз. Отдали концы. Ворота захлопнулись. Прозвенел звонок. Начался подъем воды. Оправившись от первого шока, наша команда работала слаженно и организованно.
Попросил пилота разрешения выключить мотор. Объяснил причину. Нужно сделать замер масла. Пилот дал согласие. Я выключил мотор и сделал замер масла. Масла оказалось слишком много. Возникла другая проблема. Теперь нужно немедленно его откачать. Достал шприц и, свесившись вниз головой при свете фонарика, начал откачивать масло в канистру.
За бортом кипела вода, поднимая нашу яхту на новую отметку.
Раздался свисток. Это значило что сбросили концы.
В этот момент, наверное, вытаскивают их на палубу. Слышал как заработал гребной винт средней яхты. Это означало что мы двинулись в третий, последний шлюз за эту ночь.
А масла все еще много. Пот заливает глаза от жары и нервного напряжения. Ко мне спустилась Анжелика и попыталась чем-то помочь. Спросил как дела наверху. Она ответила что начался подъем воды в третьем шлюзе и надо спешить.
Выскочил на кокпит. Команда работала слаженно. Все проходило без происшествий. Вытер пот и стал жадно пить воду. Капитан новозеландской яхты надменно посмотрел на меня и спросил:
« Что, пьешь водку?» Я ответил : «Да. Хочешь попробовать?» и, не дожидаясь ответа, нырнул в люк, продолжать откачивать масло.
Прозвенел звонок. Начали открывать последние двери шлюза. Лишнее масло было откачано. Заглушка установлена. Завел мотор. Стрелка давления показала нормальное положение. Яхты разъединились и мы вошли в ночную тьму. Вдалеке мигал желтый огонь якорной стоянки больших судов.
Пройдя две мили, привязались к плавучим бочкам. Пришел катер и забрал пилотов. Утром придут другие пилоты, с которыми будем пересекать континент и последние шлюзы в конце канала.
Осталась короткая ночь на отдых и сон.
Поели, попили немного пива, разложили команду спать. Легли сами. Сон не шел. Лезли разные мысли. Успеем ли пройти ? Хватит ли скорости?

Небо стало светлеть. Начинался рассвет. Мы выбрались на палубу и осмотрелись. Вокруг расстилалась ровная гладь озера, искусственно созданного людьми. Когда строили канал, перекрыли плотиной реку Чагрес. Поднялась вода и затопила окрестный лес. Но большие суда могут пересекать континент по глубокой воде. Пахло лесом. Перед нами находились покрытые джунглями холмы.
Вдруг в глубине джунглей раздался жуткий звук, напоминающий вой и рык раненного крупного зверя. Издалека он покатился волной, холодя кровь, повторился еще раз, и еще, совсем близко. Казалось зверь мечется по лесу в поисках того кто его ранил. Внезапно жуткий вой раздался совсем рядом от нас, на берегу озера. Мы переглянулись. Что это? Отставной майор Джон проснулся и рассказал, что во времена, когда он жил на Тринидаде, колонии Англии, был хорошо знаком с этими жуткими звуками. Их издают маленькие обезьяны, размерами с крупного кота.

Появился катер с пилотами. На всех трех яхтах засобирались в путь. Нашего нового пилота звали Эдвард.
Яхты дружно рванули вперед. Новозеландская яхта дала все 8 узлов и вскоре исчезла из виду. Небольшая шведская яхта с новым подвесным бензиновым мотором стала тоже заметно отдаляться от нас. Навигатор показывал нашу скорость: 5.5 узла. Озабоченно спросил пилота – хватит ли времени? Пилот Эдвард успокоил меня. Сказал что сейчас 7 утра, а у первого шлюза мы должны быть в 11. расстояние 27 морских миль.
Я подсчитал в уме расстояние скорость и время. Что-то не все сходилось. В любом случае отступать некуда.
Мы двигались по узкому, размеченному буями, каналу для малых судов, который в нескольких милях вперед соединялся с главным каналом. Слева и справа возвышались небольшие островки, между ними простирались поля торчащих из воды пеньков. Прошло больше ста лет как затопило лес. А пеньки все стоят. Раньше здесь ползали змеи и бегали звери, а теперь обитают крокодилы.
Приглядевшись понял что это не пеньки. Просто стволы деревьев прогнили на уровне воды и упали, а подводные части стволов до сих пор стоят на неизвестную глубину . Из воды показалась голова и пошла небольшая волна от движения длинного туловища. Возможно крокодил вышел на охоту.
Канал перестал петлять и начался ровный участок пути. Мы двигались над затопленной железной дорогой. Во времена «Золотой лихорадки» в Калифорнии ,построили эту дорогу чтобы перевозить золотоискателей из Атлантического океана в Тихий. Говорят что во время строительства дороги погибло 20000 человек от малярии и желтой лихорадки.
И вот теперь её шпалы покрываются илом, рельсы ржавеют на дне, над которым снуют крокодилы, а выше наша яхта раздвигает бортами с гербами Петергофа зелень вод, а еще выше, на палубе, освещенной солнцем, сидит 6 человек, 6 граждан разных стран, раскинувшихся от южной Африки до Европы и двух континентов Америк. Каждый имеет свою судьбу и свой путь. И судьбы и пути каждого соединились в одной точке и в одно время, чтобы провести нашу яхту из Атлантического в Тихий океан.

У нас был хороший экипаж из интересных людей. Полячка Аша, в свое время пересекшая Атлантический океан в одиночку и собиравшаяся идти в одиночку вокруг света без заходов в порты, из Панамы в Панаму за 6 месяцев. Джон ,старый моряк, бывший капитан, много раз совершавший плавания в Антарктиду для высадки полярников и доставки провизии. Он рассказал мне что в той части Антарктиды где ЮАР имела свои станции, вертикальная стена льда, и приходилось перед высадкой или разгрузкой, стучать носом судна в лед, чтобы проверить его прочность. Если лед не обрушивался, судно пришвартовывалось и начиналась разгрузка.
Англичанин Дейвид – отставной майор, страдающий болезнью Перкенсона, но тем не менее путешествующий на яхте. Когда он постучал кулаком по сердцу, раздался звук лязгающего метала. В его голову вживлены электроды, а в районе сердца батарея, дающая заряд на электроды, действующие на клетки мозга, посредством чего уменьшается дрожь в руках и ногах. При таком заболевании обычно человек не может удержать даже чашку чая, а Джон очень проворно вязал и тянул канаты.
Панамец Дейвид – пилот Панамского канала. Христианин, баптист.

Канал для малых судов соединился с главным каналом, и наша яхта стала двигаться над затопленным руслом реки Чагрес. Когда-то давно по этой реке шли караваны каноэ, груженые золотом Инков. Их доставляли на побережье Атлантики, где перегружали на суда, идущие в бухту «Имя Господне», где ожидали испанские галеоны.
На караваны нападали, каноэ переворачивались. Тяжелый металл ложился на дно. И, возможно, мы проходили над слитками золота Инков, лежащих в глубинах вод, в иле, так и не доставшиеся никому.
Канал делал поворот. Еще один. Он шел точно над руслом реки. По левому борту появились островки. Перед ними заводь, на дне которой лежит затопленный большой поселок или маленький город. Жители оставили его когда после постройки плотины начала подниматься вода.
Прилетела маленькая птичка, села на мачту и долго смотрела на нас – маленький небесный посланник. Я поднял голову и сказал птичке чтобы она летела к тому кто её послал и передала что мы находимся в пути. Время ограничено, а скорость не достаточно высока.
Птичка улетела. Я подправил руль. Начался новый поворот канала.
У пилота на груди заработало радио. Ему сообщили что проход через шлюз откладывается с 11 до 11.30. У нас появились дополнительные полчаса времени.

Показался небольшой порт с двумя громадными плавучими кранами. Самый большой кран был отобран Американцами у немцев после второй мировой войны, переправлен в Америку, на Панамский канал. Другой кран чуть-чуть поменьше, работает от паровой машины. Для того чтобы кран начал поднимать грузы, нужно два часа разогревать паровой котел. Вся техника в исправности и до сих пор находится на службе канала.
По левому борту показался мост. Река Чагрес уходила в джунгли и мы вошли в зону Панамского канала, который начали рыть французы, а закончили американцы.
Во время работ под руководством французов от малярии и лихорадки погибло 10000 рабочих. Компания обанкротилась и французы решили продать патент американцам.
Американцы намеривались строить свой канал через озера Никарагуа. В это время произошло землетрясение.
Хитрые французы сделали снимки разрушенных городов и послали их в американский сенат. Сенаторы ужаснулись увиденному и купили патент у французов. Затем прислали экспедицию, которая в течении долгого времени травила комаров, и лишь после этого продолжили строительство канала, который закончили в 1913 году. Мне не известно сколько рабочих погибло при американцах, знаю лишь что некоторые погибли от взрывов динамита.
Наша яхта как раз приближалась к тому месту, где канал прорублен через скалистые холмы. Это была самая узкая его часть и самая трудная для больших судов.
Поэтому каждое торговое судно сопровождает буксир. Мы прижимались к правой кромке канала, пропуская большие суда, идущие на встречу. Контейнеровозы, машиновозы, сухогрузы. Под разными флагами, но одинаково озабоченные побыстрее вырваться на открытую воду.
По всему чувствовалось что мы подходим к шлюзам. Пилот связался по радио и сообщил что в шлюз будем заходить в одиночку. Две другие яхты уже давно находятся внутри, пришвартованы к рыбачьему баркасу.
Я передал руль управления яхтой Джону. Пошел на нос открыл якорный отсек и вытащил длинный канат. Вернулся на кокопит и обратившись к команде, сказал что настало время когда потребуется помощь каждого, потому что возникла именно та ситуация когда необходимо 4 человека команды.
Показался шлюз. Экипаж рассредоточился. К нам полетели 4 мячика с линями, три упали на палубу, а один не долетев, плюхнулся в воду. Ничего страшного. Сбавил ход. Канаты начали вытаскивать. Рабочий вытянул линь из воды и побежал догонять нас. Линь был пойман, привязан к канату. Последний канат ушел наверх. Закрылись ворота шлюза. Началось опускание воды. Вода уходила плавно и быстро. Над нашими головами начали вырастать мокрые бетонные стены.
Прозвенел звонок. Открылись двери шлюза. И тут мы увидели что на маленькой шведский яхте, стоящей впереди нас, не заводится мотор. Они сняли кожух. Пытаются его завести, но ничего не получается. Пилот о чем то переговорил по радио, повернулся ко мне и официально спросил могу ли я взять ответственность за маленькую яхту, провести через шлюзы и отбуксировать на ближайшую якорную стоянку. У неё не работат мотор, а капитан новозеландской яхты, к которой она была пришвартована, от нее отказался.
Понимая что нельзя бросать их на произвол судьбы я сказал что готов взять их на буксир. Команда горячо поддержала это решение.
Мы вышли из шлюза и начали приближаться к сцепленным шведской и новозеландской яхтам, чтобы взять шведскую яхту на буксир и идти дальше в шлюзы единым плотом. И в этот момент мотор у шведов заработал. Надобность в буксировке отпала.
Пройдя милю по озеру до следующих двух шлюзов, пришвартовались к металлическому рыболовному баркасу. Ворота закрылись. Вода опустилась до нужной отметки. Отвязались. Баркас дал ход вперед, и мы вошли за ним в последний 6й шлюз.
Вода опустилась до нужной отметки. Открылись двойные тяжелые двери и мы устремились к последнему участку.
Течение было попутным и сильным. Впереди покчивался катер чтобы забрать пилотов. Больше не нужно было спешить. Немного поговорил с Эдвардом. Он оказался христианином-баптистом. Рассказал мне немного о своей Церкви. Я рассказал ему, что мы путешествуем с идеей единения христиан, и хотим чтобы христианские церкви не спорили друг с другом кто из них важнее, а объединились в единую церковь, да бы исполнились слова Иисуса Христа, сказанные Им на Тайной Вечере : «Да будет все едино».
Эдвард согласился с этим. Подошел катер. Эдвард попрощался со всеми, повернулся ко мне и сказал «Помни о пришествии Иисуса Христа». Я ответил, что помню об этом. Мы пожали друг другу руки. Катер ушел.

Впереди возвышался Мост Двух Америк. Он был похож на гигантскую арку ворот, открывающую путь к противоположным мирам, континентам и материкам по ту сторону океана. К большим и малым обитаемым и не обитаемым островам, и множеству разных народов Земли.
Яхта вошла под арку моста, висящей на тонких, уходящих ввысь опорах, стоящих на разных континентах земли.
Берег расступился и перед нами открылись острова и , вдалеке, множество больших торговых судов, стоящих на якорях и ожидающих прохода через канал.
Все облегченно и радостно вздохнули.
Мы вышли в Тихий океан.

Призраки прошлого или не верь глазам своим.

Путешествуя вокруг света, мы неоднократно встречались с давно ушедшим прошлым, обросшим легендами и ушедшим в историю. На Кабо Верде это был Летучий Голландец, в Панаме судно Баунти, и встретились с Карлом Максом работающим пилотом на Панамском канале.






Судно Баунти.Его экипаж 300 лет назад поднял мятеж и исчез в неизвестном направлении.По слухам высадился на острове Пиктерн,где до сих пор живут потомки моряков.

Парусник " Летучий Голландец". Мы встретились с ним на Кабо Верде.Судно под голландским флагом шло в Амстердам.


Этого человека зовут Карл Маркс.Он работает пилотом на Панамском канале.Носит красную майку.Еа его мобильном телефоне изображено красное знамя с серпом и молотом.

О сокровищах Инков, пиратах, причудливости судеб людей и городов и неисповедимости путей Господних.

Карта района бухты "Имя Господне"

В конце апреля года 2008 от Рождества Христова мы стояли на якорной стоянке порта Колумба (Колон по - испански). Бухта была хорошо закрыта, но, тем не менее, яхту временами сильно качало от волн, поднятых проносящимися портовыми катерами и проходящими большими судами. В двух милях от нас начинался Панамский канал, самая главная морская артерия мира, соединяющая два океана: Атлантический и Тихий. Нам предстояло два месяца ожидания чтобы затем пройти, просочиться, пробраться, на другую сторону континента в Тихий океан, с противоположной стороны которого находится Россия.
Несколько дней назад представители Панамского канала высадились на нашу яхту, сделали замеры и внесли в лист ожидания. 2 месяца. А несколько лет назад было две недели. Американцы ушли, передав канал местному правительству и политика изменилась. Пропускают три яхты за два дня. А кому не нравится, могут идти вокруг мыса Горн. Его обойти очень сложно и не менее сложно дойти до него, потому что мыс Горн находится так далеко, что я точно не знаю где. Где –то на юге среди айсбергов и высоких волн.
И вот мы сидим на яхте ,ожидая своей очереди и взираем на южноамериканский континент по правому борту и на североамериканский по левому. Панамский канал разделяет континенты. И мы видим их оба, находясь между ними, между небом и землей, покачиваясь на колеблющейся поверхности воды, пахнущей мазутом порта. И все таки тяготеем к южному, потому что яхт клуб где мы высаживаемся на лодке, находится на континенте южная Америка, в городе Колумб (Колон). А североамериканский континент в миле от нас возвышается холмами, покрытыми лесом, и за ними рекой, полной крокодилов.
Люди говорят что в Северной Америке есть богатые города и страны и даже проблески культуры. Может так и есть, а может слухи. Я привык верить своим глазам. А мои глаза говорят, что на североамериканский континент можно высаживаться только днём с хорошо заточенным мачете и, желательно, не в одиночку.
Голод Колумб(Колон) – главный город канала со стороны Атлантики, мало отличался от североамериканского континента. В нем не было джунглей и крокодилов, а стояли жуткие, обшарпанные дома с висящим на веревках бельем. В город можно выйти только не в одиночку и с хорошо заточенным ножом. А лучше вообще не ходить, а ездить на такси до ближайшего магазина. А ночью, когда город погружается во мрак, желательно вообще никуда не выходить. Об этом советовали все местные жители и яхтсмены. В любом случае это был самый жуткий город из всех, которых я когда-либо видел.
Но кроме берегов двух Америк, с одной стороны ядовитых джунглей и с другой стороны порта Колон, существовала целая страна, и если верить навигационной карте, в 15 милях к востоку от нашей якорной стоянки находился город Портобейо, известный тем что его посетили все известные пираты, а Дрейк даже скончался.
Портобейо был в свое время главным портом Испании на Американском континенте. В него приходили караваны с золотом. Золото складировалось и грузилось на галеоны, идущие в Европу поддерживать мощь испанских королей.
Говорили, что иногда золота накапливалось так много, что оно не умещалось в хранилище и его складывали на улице.
А пират Дрейк был известен тем что первым обогнул мыс Горн, и тем самым открыл новый путь в Тихий океан. И до сего времени пролив между мысом Горн и Антарктидой носит название пролив Дрейка.
А умер Дрейк, говорили, где-то возле Портобейо и похоронен на дне в свинцовом гробу и даже маленький островок возле залива Портобейо носит имя Дрейк.
Много лет прошло с тех пор. Уже не идут караваны с золотом. Портобейо не принадлежит Испании. Прорыт канал между океанами. А на свете появилось много новых стран, о которых раньше никто не мог и помыслить.
Пользуясь имеющимся временем мы решили провести исследование истории дабы отличить правду от легенд и съездить в Портобейо чтобы увидеть все своими глазами.
Исследование истории начинается с карты. Поэтому я решительно достал навигационную карту и расправил ее на столе. Это была копия вручную прорисованной карты 1914 года, частично исправленная в 1975 году. Используя эту карту мы пришли на яхте в Колон.
Географические названия обычно не меняются. Они остаются такими, какими даны были первооткрывателями. Так же как и имена людей, которые даются родителями.
Мне известно два случая изменения географических названий: указом португальского короля мыс Бурь был переименован в мыс Доброй Надежды. Это по крайней мере объяснимо. В те времена Португалия возила пряности из Индии вокруг Африки. И имела с этой торговли очень хорошие деньги. А португальские капитаны ,приближаясь к мысу Бурь, начинали задумываться о смысле жизни. Как известно, размышления должностного лица плохо влияет на психику матросов.
Мыс был переименован.
Другой случай произошел с открытой Магелланом Землей Дымов. Указом испанского короля она была переименована в Огненную Землю. Трудно ответить почему.
Возможно потому что огонь символ света а дым символ мглы. Земли короля Испании должны быть светлы, потому что король светел….
Я рассматривал навигационную карту с твердой уверенностью в том что все указанные на ней названия не изменились со времен их открывателей.
Ткнув пальцем в место, где находились мы, начал изучать побережье. Карта была тщательно прорисована. Были показаны дома и пальмовые рощи. Вот и залив Портобейо. К северу от пролива риф с опрокидывающимися волнами. За ним островок имени пирата Дрейка. К югу от пролива крошечный островок Удачной Авантюры. (Буэн Авентура). Пролив широк, почти миля. Войти легко. В глубине залива городок Портобейо. К северу от него мелкая река. Вот и старый форт. Рядом еще один с пушечной батареей. На противоположной стороне еще один форт.
Да, в старые времена пробраться в Портобейо незамеченным было не возможно. А выбраться и подавно. Действительно, очень важное место.
Говорили что Портобейо открыл Колумб во время своего последнего плавания в Америку.
Одно обстоятельство смущало меня: залив Портобейо – важное место с удобной якорной стоянкой и легким входом. С точки зрения мореплавателя это место не могло быть названо так странно. Колумб был христианином и за каждое открытие земли благодарил Бога. И это отражалось в географических названиях.
В свое время двигаясь от страны Суринам, что к северу от реки Амазонки, мы приблизились небольшому острову Тобаго, открытому Колумбом во время своего плавания, и вот, первый мыс этой земли, который увидел Колумб, называется Слава Богу.(Грацияс а Диос) до сего дня. А соседний большой остров где Колумб высадился, носит имя Троица (Тринидад). И было бы совершенно непонятно если бы Колумб после долгого пути через океан, увидев удобный залив, назвал его так странно: Красивый Порт (Портобейо).
Колумб однозначно был здесь. Но где?
В 12 морских милях от Портобейо увидел на карте небольшую бухту с, по-видимому, плохой якорной стоянкой. По её расположению, волны идущие с севера и северо-востока, должны свободно заходить в бухту и поднимать высокую зыбь. К северу от бухты находится отмель с глубинами до метра, на которой ломаются и опрокидываются океанские волны. Они должны быть хорошо видимы днем. Но вход в бухту не безопасен и стоянка не надежна.
Название этой бухты очень сильно, иначе на неё вряд ли обратил бы внимание. Бухта называется Имя Господне ( Номбре де Диос) и на берегу стоит поселок с таким же названием. Напротив бухты, на земле, возвышается холм немного ниже других, называющийся Холм Славы (Сиерро ла Глория) а весь окружающий эти места залив носит название Святого Христофора (Сан Кристобаль).
Все встало на свои места. Теперь я знал какую землю увидел Колумб и где стояли его каравеллы.
Значит, в этой бухте должен был находиться порт и город. Который сжег пират Дрейк.
Это было очень давно. В те времена над Москвой витала тень Иоанна Грозного, Ермак покорял Сибирь, а в этих местах люди сражались и умирали за золото Инков, предваряя будущий рассвет капитализма в Европе.
Так что же произошло? Почему Дрейк похоронен в этих местах? И где?
Пришлось отложить навигационную карту о обратиться к Истории.
Написанное пером летописцев не вырубить топором. Их переводят на разные языки, они начинают обрастать легендами, их перерабатывают авторы романов, но все возвращается обратно.
История говорила следующее:
В новый год 1592 года Дрейк послал Елизавете, королеве Британии, доклад о своем плавании в залив «Имя Господне» в 1572 году.
Королева одобрила план Дрейка и выделила новой экспедиции шесть кораблей военно-морского флота, 2500 пехотинцев и 30 тысяч фунтов стерлингов. Купцы Лондонского Сити передали на организацию экспедиции 60 тысяч фунтов стерлингов и снарядили 21 корабль. 29 августа 1595 года корабли покинули Англию, порт Плимут.
26 сентября эскадра встала на якорь в западной части гавани Лас Пальмаса. (Канарские острова), но захватить город не удалось.
В начале января 1596 года Дрейк высадился на побережье Панамы и сжег город «Имя Господне», потопил 14 небольших фрегатов, стоящих на рейде и захватил 20 ящиков серебра и немного золота – все что удалось найти в городе.
15 января флотилия вышла в море. 20 января Дрейк подошел к острову, что к западу от бухты «Имя Господне». Дули встречные ветры. Продовольствие на кораблях кончилось. На судах люди умирали от лихорадки и малярии. Дрейк заболел дизентерией. На 12-й день он решил положился на судьбу: приказал поднять якоря и «Ловить тот ветер, какой Бог пошлет». Ветры погнали корабли назад к бухте «Имя Господне».
В ночь на 28 января, почувствовав приближение смерти, Дрейк оделся и приказал облачить себя в доспехи ,чтобы умереть как солдат.
28 января 1596 года Дрейк скончался. Через несколько часов флот подошел к бухте «Имя Господне».
Командование флотом принял Томас Баскервиль. Тело Дрейка было положено в свинцовый гроб. Под грохот салюта гроб был опущен в воду залива в нескольких милях от берега «почти в том месте откуда Адмирал начал путь к всемирной славе». Там же были затоплены два корабля флотилии, и несколько захваченных испанских судов как дань особого уважения.
Вот и все.
Дрейк не похоронен в бухте «Имя Господне» и не похоронен в заливе Портобейо. Он лежит, по всей видимости, между Поробейо и портом Колон. В этих местах из за глубин можно на непродолжительное время стать на якоре.
Возможно, наша яхта, разрезая килем синеву вод, прошла над гробом этого Адмирала.
Осталось посетить Портобейо чтобы увидеть всё изнутри.
Продолжение следует.
Александр Сухарев.



Залив Портобейо.Панама.